Русская экспедиция еще не раз приближалась к берегам Антарктиды

Следуя дальше на восток, русская экспедиция еще не раз приближалась к берегам Антарктиды. Ближе всего к берегу ей удалось подойти 17 и 18 февраля, примерно в 300 милях восточнее первого подхода, на 15—16° в. д., у шельфового ледника, который впоследствии советские исследователи назвали именем Лазарева. Близко подошли к Антарктиде „Восток" и „Мирный" и 25—26 февраля в районе Земли Эндерби, не дойдя до берега примерно 70 миль. Здесь русские мореплаватели увидели множество птиц, которые обычно не встречаются в открытом океане. Беллинсгаузен отмечал по этому поводу, что „непременно по близости сего места должен быть берег".

Даже сейчас, на современных судах с мощными двигателями и радиолокаторами, плавание в этих широтах небезопасно. Поэтому трудно переоценить мужество и мастерство русских мореплавателей, совершавших здесь плавание на крошечных, по нашим понятиям, парусных кораблях. При малейшем улучшении погоды и ледовой обстановки они устремлялись на юг. Иногда суда забирались в такую чащу айсбергов, что в пределах видимости насчитывали до полутора тысяч „плавучих ледяных островов".

В конце февраля — начале марта ночи стали длинными и темными. Участились и усилились штормовые ветры. Началось обледенение судов. Обмерзали паруса, лед нарастал на палубе, такелаже и бортах. На поверхности океана стал появляться молодой лед. Дальше в этих широтах оставаться было нельзя, и корабли направились к берегам Австралии, в Порт-Джексон (Сидней).

Зимой русские мореплаватели совершили плавание в тропические широты Тихого океана и ремонтировали свои корабли в Порт-Джексоне.